По мнению The Economist, Европа стремится показать, что готова к войне. Но есть ли кому воевать? Несмотря на рекордный рост военных расходов, континент сталкивается с более глубокой и тревожной проблемой: подавляющее большинство его граждан просто не хочет сражаться — даже если враг окажется у ворот.
«Красивые танки у вас, Европа — а кто ими будет управлять?»
Такой саркастичный комментарий может стать реальностью уже совсем скоро, особенно после саммита НАТО, который пройдет в Гааге 24–25 июня. Как ожидается, европейские правительства объявят о значительном увеличении военных бюджетов. Если эти обещания не будут забыты после возможного перемирия на Украине или в случае, если Дональд Трамп покинет Белый дом, то оборонные расходы Европы в течение десятилетия удвоятся. Цель — достичь 3,5% ВВП вместо нынешних 2%. Однако большая часть этих средств уйдёт не на обучение или содержание личного состава, а на закупку техники. А армии — это прежде всего люди, а не машины.
В условиях мира привлечение молодежи в армию, где могут убить, — задача непростая. В некоторых странах уже всерьёз обсуждают возвращение призыва. Но даже если снова надеть форму на упрямых подростков, это не решит более глубокую проблему — ментальную отстранённость от самой идеи войны.
«Мирный проект» Европы работает слишком хорошо
Европейцы гордятся своей мирной сущностью. И не зря: последние 70 лет были посвящены созданию континента, на котором Германия больше никогда не будет воевать с Францией. Европейский союз родился как мирный проект, соединяя экономики стран, чтобы война стала сначала невозможной, а затем и немыслимой. Лозунг «встречи, а не войны!» звучит особенно убедительно в устах брюссельских бюрократов. Но при этом Европа, похоже, забыла, что за её пределами живут те, кто вовсе не подписывался под этими соглашениями. Один Владимир Путин, к примеру, в мирных идеях ЕС участия не принимал.
Военные вопросы долгое время оставались на заднем плане. Лишь в прошлом году ЕС впервые назначил комиссара по вопросам обороны. Причем его главная задача — координация производства боеприпасов, а не управление армиями.
«Если завтра война…»
Опросы, касающиеся готовности европейцев взять в руки оружие, вызывают тревогу у военных. Согласно исследованию Gallup в 45 странах, проведённому в прошлом году, четыре из пяти государств с наименьшей готовностью к борьбе — европейские. В Испании, Германии и особенно в Италии (где только 14% опрошенных готовы защищать страну) патриотического пыла почти не осталось. Даже в Польше, соседствующей с Украиной и Калининградом, воевать готовы менее половины граждан.
Отдельный опрос, проведённый ещё до начала вторжения на Украину, показал, что 23% литовских мужчин в случае войны скорее эмигрируют, чем возьмутся за оружие. Реакция большинства европейцев — это не клятва защищать родину, а коллективное пожимание плечами.
Отказ от героизма и культ самореализации
Социологи называют современную Европу постгероическим обществом, где личная самореализация ценится выше, чем долг перед страной. Патриотизм сменился индивидуализмом. Политическая поляризация тоже сыграла свою роль: правые и левые популисты значительно усилили свои позиции, а их избиратели — как показывают данные — гораздо менее склонны поддерживать военные действия.
Континент стареет, а пожилые люди редко хотят брать в руки оружие. В странах с авторитарным прошлым, таких как Испания и Португалия, особенно сильна антивоенная культура. Ошибки США в Афганистане и Ираке, где европейцы играли роль второстепенных союзников, только укрепили убеждение: мирный путь — лучший путь.
Униформа есть, духа нет?
И всё же, несмотря на миролюбие, в Европе не дефицит военных. Хотя численность армий со времён Холодной войны существенно сократилась, континент по-прежнему располагает большими силами — больше, чем у США, если считать в пропорции к населению.
Некоторые страны, как Польша, уже обсуждают возвращение призыва. В Дании и Греции он и не прекращался. Прекращение обязательной службы когда-то считалось либеральной победой. Сегодня возвращение призыва позиционируется как способ напомнить гражданам: оборона страны — дело каждого.
Однако ментальный сдвиг требует времени. Опросы Еврокомиссии показывают: граждане ЕС называют российское вторжение на Украину и вопросы обороны главными угрозами для Евросоюза. Более половины уверены: военные конфликты внутри Европы в ближайшие годы вероятны. Но если спросить, какие проблемы волнуют их лично, Россия исчезает из списка. Европейцы больше беспокоятся о ценах, налогах, пенсиях и климате. Угроза войны — это, по их мнению, проблема других.
Континент, уставший от битв, которых не было
Как пишет The Economist, Европа выглядит уставшей от войны, которую так и не вела. В марте вице-президент США Джей Ди Ванс (представитель администрации президента Дональда Трампа) с иронией заявил, что «какая-нибудь случайная европейская страна, не воевавшая 30–40 лет», вряд ли может серьёзно отпугнуть Россию, даже если отправит войска на Украину. Высказывание вызвало резонанс, потому что в нём есть доля правды.
Американцы десятилетиями убеждали Европу тратить больше на собственную оборону. Возможно, на то, чтобы убедить её вообще быть готовой к войне, уйдёт ещё дольше.
Настоящая статья была подготовлена на основе материалов, опубликованных The Economist. Автор не претендует на авторство оригинального текста, а представляет своё изложение содержания для ознакомительных целей.
Оригинальную статью можно найти по ссылке здесь.
Все права на оригинальный текст принадлежат The Economist.
