После унизительной сделки с США, в результате которой Европейскому союзу пришлось принять жесткие торговые условия, в европейской прессе заговорили о «позоре Тернберри» — месте встречи Дональда Трампа и Урсулы фон дер Ляйен на частном гольф-курорте американского президента в Шотландии. Сцена казалась символичной: на территории, ставшей эмблемой Брекзита, Европа, как считают многие, встала на колени перед Вашингтоном.
По мнению NZZ, это событие может войти в историю как момент окончательной утраты стратегического веса Европы на мировой арене. В Брюсселе и национальных столицах ЕС пытаются осмыслить, как они допустили торговую капитуляцию — и почему у них больше нет лидера, способного противостоять США так, как это делал Шарль де Голль.
Когда Европа умела говорить «нет»
Шарль де Голль предупреждал: если Европа не будет бороться за свой суверенитет, она станет «колоссальным вассалом» США. Почти полвека спустя после его смерти этот прогноз, кажется, сбылся. Европа обязалась закупать американскую энергию и оружие на сотни миллиардов евро, а в ответ получила лишь новые пошлины: 15% на европейский экспорт — втрое больше прежнего уровня.
Французский политик Франсуа Байру назвал это «подчинением». Глава немецкого экономического института Ifo Клеменс Фуэст — «унизительной сделкой». Канцлер Фридрих Мерц признал: немецкая экономика получит ощутимый удар. Но, как подчеркивает NZZ, дело не только в цифрах. Речь идет о выживании идеи Евросоюза как экономического и политического актора.
Де Голль: генерал с талантом исторического масштаба
В середине XX века, после поражения Франции, де Голль добился включения своей страны в число держав-победительниц. Его стратегическая цель — создание суверенной Европы — остается актуальной и сегодня. Он открыто называл США «нашей дочерью», подчеркивая культурное и историческое превосходство Франции. В то время как нынешний генсек НАТО Марк Рютте называет Трампа «папочкой», напоминая о полной зависимости Европы от США, де Голль настаивал: союз — это не подчинение, а равенство.
Он был раздражителем Запада — интеллектуалом, военным, писателем, презирающим роскошь, — и именно за это его уважали. Его знаменитые пресс-конференции в Елисейском дворце были больше похожи на манифесты национального достоинства, чем на ответы на журналистские вопросы.
Его метод — действовать на опережение
В 1958 году де Голль, только что вернувшийся к власти, предложил США и Великобритании создать «тройной директорат» по управлению НАТО. Он сам позже признал: это было требование невозможного — «я попросил Луну», — чтобы получить предлог для выхода Франции из военной структуры альянса. Он создал собственные ядерные силы и в 1966 году выгнал американские войска с французской территории, закрыв штаб-квартиру НАТО в Париже.
По мнению NZZ, его логика была проста: лучше быть независимым, даже ценой конфликта, чем подыгрывать в односторонней игре. Он осознавал: настоящая свобода возможна только тогда, когда тебя боятся, — слова, которые сегодня цитирует даже Эмманюэль Макрон.
Европа 2020-х: лидеры без воли
Современные европейские лидеры часто ссылаются на де Голля, но никто из них не готов действовать столь же дерзко. Эмманюэль Макрон мечтает о «стратегической автономии», Георгия Мелони — о союзе суверенных наций, Дональд Туск говорит о «мировой державе Европа». Но, как замечает NZZ, между риторикой и действиями зияет пропасть.
Макрон лишён парламентского большинства и превращается в «хромую утку». Его инициативы блокируются, а проект европейской реформы заглох. Вернётся ли в игру Доминик де Вильпен, харизматичный голист и бывший премьер-министр? Он мечтает о выборах 2027 года, но его шансы пока призрачны.
А новый канцлер Германии Фридрих Мерц, ростом почти с де Голля и с историей возвращения в политику, избегает конфронтации с США. Он считает плохую сделку с Трампом меньшим злом по сравнению с торговой войной и риском ухода Вашингтона из НАТО и поддержки Украины.
Бразилия умеет сказать «нет». А Европа?
На этом фоне особенно заметна позиция президента Бразилии Лулы да Силвы, который открыто заявил о неприятии 40%-ных пошлин Трампа. «Трампа не избирали императором мира», — сказал он. Европа, напротив, сохраняет покорное молчание.
Внутри ЕС даже экономисты критикуют Еврокомиссию за наивность и мягкость на переговорах. Вместо того чтобы защищать интересы союза, чиновники надеялись на компромисс — и оказались втянутыми в соглашение, в котором Америка одержала победу, а Европа — потерю лица.
Де Голль сегодня: не модель, а необходимость
NZZ убеждена, что Европе нужны новые «де Голли» — лидеры, обладающие волей, наглостью и стратегическим мышлением. Европа не может быть свободной, если она не умеет настоять на своем, формировать альянсы, выдвигать требования и отказываться от унизительных условий.
Как писал де Голль: «Президент — это человек нации, избранный, чтобы ответить на её судьбу». Сегодня в Европе не хватает именно этого: лидеров, готовых сделать историю, а не плыть по её течению.
Пока ЕС уступает, Вашингтон диктует условия. Но Европа уже доказала, что может быть иной. И если она хочет вновь говорить на равных с США — ей стоит вспомнить, как это делал Шарль де Голль: не просить, а требовать. Не соглашаться, а настаивать. Не уступать, а действовать с чувством собственной Grandeur — той самой грандезы, что означает не просто величие, а глубокое осознание своего достоинства, суверенитета и исторической миссии на мировой арене.
Настоящая статья была подготовлена на основе материалов, опубликованных Neue Zürcher Zeitung. Автор не претендует на авторство оригинального текста, а представляет своё изложение содержания для ознакомительных целей.
Оригинальную статью можно найти по ссылке здесь.
Все права на оригинальный текст принадлежат Neue Zürcher Zeitung.
