Россия оказалась на пороге рецессии — об этом открыто заявил министр экономического развития Максим Решетников на Петербургском международном экономическом форуме. Это первое столь прямое признание со стороны высокопоставленного чиновника, что «военная экономика», обеспечивавшая рост в условиях санкционного давления, начинает терять импульс спустя три года после начала полномасштабного вторжения в Украину.
«Цифры показывают, что [экономика] остывает», — сказал Решетников, добавив: «Но все наши цифры — это взгляд в прошлое. Судя по настроениям в бизнесе, мы уже на грани скатывания в рецессию», — приводит его слова агентство Интерфакс.
Пределы роста
В предыдущие два года экономика России демонстрировала неожиданно высокие темпы роста — более 4% в год. Этот рост обеспечивался прежде всего колоссальными расходами на оборону: в 2023 году они увеличились на 25% и составили 13,1 трлн рублей (примерно $167 млрд). Такая стратегия, напоминающая «военный кейнсианизм», позволила Кремлю добиться роста занятости и заработных плат, несмотря на международные санкции и изоляцию.
Однако, как отмечает The Financial Times, этот механизм начал пробуксовывать. Оборонный сектор работает на пределе, внутренний спрос достиг насыщения, а ключевая проблема — рост инфляции — по-прежнему не решена. В мае уровень годовой инфляции составил 9,8%, и это несмотря на попытки Центрального банка РФ сдерживать рост цен с помощью высоких процентных ставок.
Центробанк против Минэкономразвития
На фоне сохраняющейся инфляции Центральный банк России придерживается жёсткой монетарной политики. В июне ставка была снижена на один процентный пункт, до 20%, но глава ЦБ Эльвира Набиуллина дала понять: целевой уровень инфляции остаётся прежним — 4%. И ЦБ будет двигаться к этой цели, несмотря на критику со стороны экономического блока правительства и бизнеса.
«Мы выходим из состояния перегрева», — заявила Набиуллина, также выступая на форуме. По её словам, в российской экономике «перегрелся» спрос, тогда как предложение не успевало за ним. Именно в этом она видит корень инфляционного давления.
Максим Решетников, в свою очередь, призвал к более гибкому подходу: «Мы все понимаем, что борьба с инфляцией важна. Но мы слишком упрощаем дискуссию. Я всего лишь за то, чтобы экономике иногда показывали немного любви. Немного. И при этом продолжали верить в 4 процента».
Министр также допустил пересмотр официального прогноза роста экономики на 2024 год, который сейчас составляет 2,5%. По его словам, окончательное решение будет зависеть от дальнейших действий Центробанка. Сам ЦБ оценивает возможный рост ВВП в диапазоне от 1 до 2 процентов.
Конфликт подходов
Внутри российского экономического блока, по данным The Financial Times, давно зреет конфликт. С одной стороны, есть стремление удерживать инфляцию в узких рамках, чтобы сохранить макроэкономическую стабильность. С другой — запрос со стороны бизнеса и производственного сектора на более дешёвые кредиты, которые могли бы поддержать инвестиции и модернизацию производства. Особенно в условиях, когда даже компании, напрямую выигрывающие от гособоронзаказа, сталкиваются с высокими затратами на заимствования.
Президент Владимир Путин, по мнению издания, по-прежнему поддерживает жёсткий курс Набиуллиной. Однако в последние месяцы он всё чаще говорит о необходимости компромисса. На совещании с экономическим блоком правительства 5 июня он заявил: «Нам важно обеспечить сбалансированный рост экономики и её структурные изменения».
Сигнал сверху
Признание Решетникова о возможной рецессии, прозвучавшее с главной экономической трибуны страны, стало явным сигналом: российская модель «экономики войны» вступает в фазу перегрева. Несмотря на временные успехи, достигнутые за счёт мобилизации ресурсов, эта модель не способна обеспечить устойчивый рост на долгосрочной дистанции. И теперь власти вынуждены искать новую точку равновесия между контролем над инфляцией и стимулированием экономической активности.
Настоящая статья была подготовлена на основе материалов, опубликованных The Financial Times. Автор не претендует на авторство оригинального текста, а представляет своё изложение содержания для ознакомительных целей.
Оригинальную статью можно найти по ссылке здесь.
Все права на оригинальный текст принадлежат The Financial Times.
