На прошедшем саммите НАТО в Гааге основное внимание стран-участниц было сосредоточено не на продолжающейся войне в Украине, а на фигуре президента США Дональда Трампа и сопутствующих политических рисках внутри самого альянса. По мнению The New York Times, это свидетельствует о явном смещении фокуса международной коалиции и ослаблении позиции Киева на дипломатическом уровне.
Впервые с начала войны с Россией в 2022 году Украина перестала быть центральной темой на встрече глав государств НАТО. Президент Владимир Зеленский, ранее воспринимавшийся как символ западного сопротивления агрессии, в этот раз получил значительно меньше внимания. Итоговая декларация саммита не содержит упоминаний о перспективах членства Украины в альянсе, хотя этот вопрос ранее регулярно обсуждался.
Политика умиротворения и новая повестка альянса
Одной из главных причин изменения акцентов стал сам Дональд Трамп, вновь занявший центральное место в стратегических расчетах НАТО. Его известный скепсис по отношению к альянсу, публичные заявления о необходимости снижения зависимости Европы от военной поддержки США и сравнительно мягкое отношение к Кремлю повлияли на обстановку встречи. Согласно The New York Times, европейские лидеры старались избегать острых тем и демонстрировать лояльность Белому дому, чтобы не обострять разногласия внутри блока.
В ходе встречи между Трампом и Зеленским не прозвучало конкретных заявлений о новых поставках вооружений или поддержке переговорного процесса. Трамп лишь допустил возможность передачи Украине дополнительных комплексов Patriot, однако вопрос прекращения огня не обсуждался.
Дополнительным сигналом о снижении приоритетности украинской темы стало то, что США не объявили о новых военных пакетах помощи с момента вступления Трампа в должность. В то же время европейские союзники декларируют поддержку, однако ее объемы ограничены, а Украина пытается компенсировать недостаток внешней помощи за счет внутреннего производства, особенно в области беспилотных систем.
Контраст с предыдущими саммитами и неопределённость будущего
Политические ожидания Киева в отношении Трампа также претерпели трансформацию. Надежды на то, что американский президент сможет надавить на Москву, не оправдываются. По мнению ряда украинских парламентариев, включая Александра Мережко, поведение Трампа демонстрирует двойные стандарты: активность в отношении Ирана сочетается с пассивностью по отношению к России.
Контраст с предыдущим саммитом НАТО в Вашингтоне очевиден. Тогда западные страны заявляли о «необратимом пути» Украины к членству в альянсе. В 2025 году подобная формулировка исчезла, что аналитики объясняют прямым влиянием Трампа и его оппонентским отношением к расширению НАТО.
На пресс-конференции генеральный секретарь альянса Марк Рютте подтвердил устную поддержку Украины и её будущего членства, однако в итоговом документе фигурируют лишь общие заявления о «суверенной приверженности» оказанию помощи. Коллективного осуждения России за последний удар по украинскому городу Днепр на саммите также не прозвучало — осуждение выразили только отдельные страны, включая Францию.
По итогам встречи было зафиксировано обязательство большинства стран-членов НАТО увеличить свои оборонные расходы до 5% ВВП в течение ближайших десяти лет. Этот шаг был воспринят как признак смещения приоритетов альянса в сторону глобального военного усиления и автономии, особенно на фоне нестабильности во внутренней политике США.
Таким образом, текущая позиция Украины в системе трансатлантических отношений выглядит ослабленной. При отсутствии чётких гарантий членства в НАТО и явном снижении внимания со стороны ключевого союзника — США — украинская внешнеполитическая стратегия сталкивается с необходимостью адаптации к новой реальности: конкуренции тем, переориентации альянса и росту геополитической неопределенности.
Настоящая статья была подготовлена на основе материалов, опубликованных The New York Times. Автор не претендует на авторство оригинального текста, а представляет своё изложение содержания для ознакомительных целей.
Оригинальную статью можно найти по ссылке здесь.
Все права на оригинальный текст принадлежат The New York Times.
